История инициаторов создания и руководителей этой формально общественной организации началась и закончилась арестами, судами и казнями. Осенью 1939 года, после начала Второй мировой войны, в Советский Союз бежали два руководителя польского Бунда, активные участники революционного движения в России — Генрих Эрлих (1882–1942), бывший член Петроградского совета, и Виктор Альтер (1890–1943), член исполкома Второго Интернационала (Социнтерна). Вскоре они были арестованы и уже после нападения Германии на СССР летом 1941 года приговорены к смертной казни. В том числе – за агитацию против пакта Молотова—Риббентропа.
Договор СССР с польским правительством в изгнании об амнистии польских граждан не только спас им жизнь, но и круто изменил ее. 13 сентября из тюремных камер Эрлих и Альтер были доставлены в люксовые номера расположенной почти напротив Лубянки фешенебельной гостиницы «Метрополь». На встрече с наркомом НКВД Л. Берией им было предложено обосновать в записке на имя Сталина создание Международного еврейского антифашистский комитета. Высказываются две версии: это была идея Берии и (что представляется нам более правдоподобным), эту идею Альтер и Эрлих предложили сами, еще находясь в тюрьме. Неизвестно, читал ли Сталин в ходе битвы за Москву эту записку, но текст ее сохранился. Предполагалось, что Комитет развернет широкую агитацию за рубежом в поддержку СССР еврейскими организациями. Эрлих и Альтер — соответственно председатель Комитета и его секретарь — должны были с этой целью выехать в США и Великобританию. Предполагалось, что заместителем Эрлиха станет народный артист СССР Соломон Михоэлс.
Эвакуация из Москвы в Куйбышев правительственных учреждений и дипломатов приостановила формирование новой организации. Ответа на свое предложение Эрлих и Альтер не дождались. 4 декабря 1941 года они были арестованы, став заключенными Куйбышевской тюрьмы НКВД. Даже начальник тюрьмы не знал имена арестованных: они числились под номерами 41 и 42. На их многочисленные письма и обращения о мотивах ареста ответа не последовало. Обеспокоенным польским дипломатам объявили, что Эрлих и Альтер призывали «немедленно заключить мирный договор с фашистской Германией». Эту же формулировку использовал и советский посол в США М.М. Литвинов, объявивший 23 февраля 1943 года, что лидеры польского Бунда казнены в конце 1941 года. Указание о такой трактовке событий Литвинов, разумеется, получил из Москвы. 14 февраля Молотов зафиксировал: «Т. Сталин одобрил этот текст». Все эти даты, возможно утомившие читателя, чрезвычайно важны. Дело в том, что, не выдержав неизвестности, Генрих Эрлих покончил с собой в мае 1942 года, повесившись в тюремной камере. А Виктора Альтера расстреляли 17 февраля 43-го.
Своеобразным финансовым эпилогом этой истории стал счёт на 2577 рублей, предъявленный польскому посольству за проживание Эрлиха и Альтера в «Метрополе» с 13 сентября по 19 октября 1941 года. Поляки счёт оплатили.
Вернемся в лето 1941 года. Идея о создании еврейской антифашисткой организации и включение в состав ее руководителей С. Михоэлса напрямую была связана с прошедшим 24 августа 1941-го в парке Горького митингом «представителей еврейского народа», отчёт о котором был опубликован в центральной и местной прессе, а затем издан отдельной брошюрой. На нем С. Михоэлс говорил (за несколько месяцев до Ванзейской конференции) о плане нацистов по полному уничтожению еврейского народа. На митинге выступили известные писатели и поэты, в том числе И. Эренбург, академик П. Капица, кинорежиссёр С. Эйзенштейн и другие. «Обращение к мировому еврейству» послужило началом кампании в поддержку СССР и сбору средств в помощь Красной армии. Об этом заявили еврейские организации США, Англии, Южной Африки, Австралии, Латинской Америки, Палестины.
Решение о создании Еврейского антифашистского комитета (ЕАК) было принято всего через 10 дней после ареста Альтера и Эрлиха:. Уже 15 декабря 1941 года его председателем назначили Соломона Михоэлса. Непосредственное кураторство ЕАК осуществлял заместитель начальника (а с мая 1945 года — начальник) Совинформбюро С.А. Лозовский. Комитет начал свою деятельность в середине февраля 1942 года в Куйбышеве. Но лишь 7 апреля 1942 года в советской печати появилось сообщение об учреждении этой организации и опубликовано воззвание к «евреям во всём мире». В ЕАК вошли писатели И.Г. Эренбург и Д.Р. Бергельсон; поэты Л.М. Квитко, П.Д. Маркиш, С.Я. Маршак, И.С. Фефер; кинорежиссёр С.М. Эйзенштейн; музыканты Д.Ф. Ойстрах, Э.Г. Гилельс; актёр В.Л. Зускин; Герои Советского Союза – генералы Я.Г. Крейзер и А.Д. Кац; командир подводной лодки И.И. Фисанович; академики А.Н. Фрумкин, П.Л. Капица, Л.С. Штерн и другие. Издававшаяся на идише газета «Эйникайт» («Единство») распространялась по всему миру, сообщая о героизме советских евреев на фронте, их трудовых подвигах в тылу, а также о Холокосте.
ЕАК создавался с целью оказать влияние на международное общественное мнение и организацию политической и материальной поддержки борьбы СССР против Германии. На комитет с первых дней его деятельности была возложена задача по сбору документов о нацистских преступлениях.
Огромное число подготовленных и, главное, опубликованных на западе статей придавало ЕАК статус одного из активнейших участников антифашистской пропаганды. Деятельность ЕАК приобретала всё больший размах. В конце 1942 года его руководители получили приглашение посетить США от Еврейского комитета Совета помощи России в войне. Разрешение советских властей на зарубежную поездку последовало лишь через несколько месяцев – в начале марта 1943 года, после Сталинградской битвы и в ответ на телеграмму. Руководители Еврейского Антифашистского Комитета Соломон Михоэлс и поэт Ицик Фефер вылетели из Москвы в США 3 мая 1943 года. Из-за войны в Европе их путешествие было рекордно долгим – в Америку они добрались лишь на 41-й день. Самолет, сделав круг над Сталинградом, приземлился сначала в Тегеране (Иран), затем через Хартум (Судан) советские представители прибыли во Флориду. В США их ждали митинги в 10 городах. 16 июля 1943 года «Правда» сообщила: «Соломон Михоэлс и Ицик Фефер получили сообщение из Чикаго, что специальная конференция «Джойнт» начала кампанию, чтобы финансировать тысячу санитарных машин для потребностей Красной армии». После США Михоэлс и Фефер выступали в Мексике и Канаде. На стадионах они собирали десятки тысяч человек. Их принимали мэры городов и руководители крупнейших еврейских организаций США, прошли теплые встречи с Альбертом Эйнштейном и Чарли Чаплиным. Во время одного из выступлений от наплыва желающих пожать руку советским представителям рухнула трибуна, из-за чего Михоэлс сломал ногу. Он продолжил выступления на костылях. В ходе поездки, которая широко освещалась как в зарубежной, так и в советской печати, были собраны 16 миллионов долларов в США, 15 миллионов — в Англии и Канаде, 1 миллион — в Мексике, 750 тысяч — в британской Палестине. В СССР поступили так же медицинское оборудование, лекарства одежда.
Ровно через 7 месяцев после начала этого визита, 3 января 1944 года, И. Фефер и С. Михоэлс выступили на заседании Президиума Союза советских писателей. Неопубликованная стенограмма этого заседания хранится в Российском государственном архиве литературы и искусства. Ицик Фефер, красочно рассказывая о столь необычной поездке, обратил внимание на удивление американцев тем, что СССР устоял. «Вопрос – как это случилось, что Красная армия держится так крепко, – задавался нам на протяжении всего пути». На митинге русской колонии в Нью-Йорке князь Путятин говорил «о грехах многих русских, которые покинули свою родину в годину тяжких испытаний». На русском, английском и еврейском языках князь заявил: «Все желают победы над злобным, диким врагом… Нас поражает мощь России. Мы не знали Россию такой сильной, которая оказалась сейчас».
До открытия Второго фронта оставался еще год. Поэтому особый интерес вызывает ироничный анализ Фефером отношения американцев к казавшейся далекой для них войне и связанным с ней проблемам в середине 1943 года: «Вклад в войну со стороны Америки – это трудности. И они очень часто жалуются на трудности, причем, интересно, начинают жаловаться на трудности, когда приезжают представители Советского Союза… И на наши вопросы, какие же это трудности, они отвечают, что скажем пижамы шьют сейчас короче на целых 5 сантиметров – об этом даже было в печати. Кофе — вы можете зайти в кафе и выпить только один стакан. И больше не полагается – сахар нужен для армии. Для второго фронта, который в конце концов откроется.… Если вы хотите выпить еще один стакан, вы должны выйти из кафе.…
Там специальные талоны на ботинки. Но если вы хотите купить огромный кожаный чемодан или кожаное пальто, то можете купить их очень легко. Но на ботинки нужен талон.
С бензином тоже очень тяжело – он нужен для летчиков, для авиации. Вы можете ездить на своей машине только по делу. … История с бензином доходит до анекдотов. Максим Максимович Литвинов должен был съездить на просмотр. На какой-то то остановке машина испортилась. Он вышел и какой- то квартал прошел пешком. Его окружили фоторепортеры, сняли и все газеты напечатали его портрет, что он соблюдает американские законы – пешком ходит на просмотр фильма, а некоторые американцы этого не понимают».
Отдельно и весьма оригинально Фефер отразил антивоенные настроения американцев. Фотография красавицы – актрисы Голливуда в одной из газет сопровождалась текстом: «самая счастливая женщина США: вчера муж вернулся из армии. Он освобожден по болезни. Три месяца назад он был мобилизован». Вот агитация и пропаганда за участие в войне», — завершил свой ироничный рассказ Фефер.
Во многом благодаря успеху поездки в США и другие страны, ЕАК получил разрешение властей на проведение своего очередного митинга в главной зале страны – Колонном зале Дома Союзов. Он состоялся в Москве в начале апреля 1944 года. Именно на нем прозвучали выступления о росте антисемитизма в СССР. Через несколько дней с участием В.М. Молотова, его жены П.С. Жемчужиной и С.А. Лозовского рассматривалось письмо руководителей ЕАК на имя Сталина о создании Еврейском республики на территории Северного Крыма, где в 20-е годы появились еврейские колхозы. Эту идею в ходе поездки в США предложили руководители американской благотворительной организации «Джойнт». Через несколько лет это письмо станет одним из главных пунктов обвинения ЕАК не только в «буржуазном национализме», но и государственной измене – это предложение будет трактоваться как идея присоединить Крым к Израилю.
В ходе поездки руководителей ЕАК в США была достигнута договоренность о совместной с еврейскими организациями США и Палестины документальной «Черной книги» — сборника документов о преследовании и уничтожении евреев Европы. Членами совместной редколлегии стали руководители ЕАК. Позднее при Комитете была создана Литературная комиссия во главе с Ильей Эренбургом. Ее цель была несколько иной – подготовить на основе собранных документов серию очерков, для реализации которой были приглашены известные советские писатели разных национальностей. На встрече в ЦК партии Эренбургу сказали: «Пишите. Если книга получится хорошей, мы ее издадим». Подготовленный текст был отправлен в США и представлен в документах советского обвинения на Нюрнбергском процессе.
Но с точки зрения советских властей она не оказалась «хорошей». В октябре 1947 года ее печатание было приостановлено. Помимо обвинений в буржуазном национализме, претензии вызвала, казалось бы, неуязвимая с идеологической точки зрения глава «Советские люди едины». Спасение евреев людьми других национальностей трактовалось как выделение евреев среди других национальностей –жертв нацистских преступлений.
К этому времени у властей все больше усилились сомнения в целесообразности существования Комитета. После Нюрнбергского приговора и начала «холодной войны» ЕАК перестал быть нужным советской пропаганде. В одном из предложений о закрытии ЕАК говорилось: «Нет такой еврейской организации в какой-нибудь стране за рубежом, с которой бы Комитет не сотрудничал». Как обвинение звучал тезис о контактах с сионистскими организациями: в конце 1946 года даже связи с еврейскими организациями подмандатной Палестины рассматривались как крамола. Широкая известность комитета и его зарубежные связи стали мешать официальной политике конфронтации с США. Руководители комитета стали невыездными. Нарастала кампания борьбы с космополитизмом. Однако закрывать Комитет накануне создания Государства Израиль власти не стали. Были применены иные методы. По приказу Сталина в ночь на 13 января 1948 года в Минске сотрудниками МГБ был убит С. Михоэлс (официально смерть великого режиссёра и актера была представлена как автомобильная катастрофа). Приезд в СССР первого посла Израиля Голды Меер (Меерсон) вызвал всплеск открытых симпатий к этой стране со стороны советских евреев. Но открыто расправиться с ЕАК власти не решились. Вот слова из постановления Политбюро от 20 ноября 1948 года: «Еврейский антифашистский комитет закрыть, дела забрать, никого пока не арестовывать». Но в начале 1949 г. большинство членов Комитета были арестованы.
В ходе следствия и судебного процесса по «делу ЕАК» как сам визит в Северную Америку, Мексику и Великобританию, так и все присланные приглашения от «сионистов» трактовались как доказательства националистической и шпионской деятельности Комитета.
Процесс над 15 руководителями и сотрудниками ЕАК начался 8 мая – ровно через семь лет после Великой Победы. Одним из обвинительных документов стала «Черная книга», которая до этого побывала в качестве вещественного доказательства на Нюрнбергском процессе. На момент ареста подсудимых в СССР была отменена смертная казнь. Но, как и по «Ленинградскому делу» конца 1950 года это в расчет не принималось. Абсурдность обвинений в шпионаже, трактовка создания Еврейской республики в Крыму как замысла сощдать плацдарм для США, а также мужественное поведение обвиняемых, прежде всего Соломона Лозовского и главного врача Боткинской больницы Бориса Шимелиовича, даже заставили судью Чепцова попытаться передать дело на доследование. Однако в ответ на его предложение Г. Маленков заявил: «Политбюро несколько раз обсуждало этот вопрос. Вы хотите поставить нас на колени?».
18 июля 1952 года 13 подсудимых, в том числе двум женщинам, был вынесен смертный приговор. Еще один подсудимый – С. Брегман – в ходе процесса тяжело заболел и вскоре скончался. Знаменитый физиолог, первая в СССР женщина-академик Лина Штерн была приговорена к ссылке в Казахстан. Жизнь ей сохранил лично Сталин. Она занималась проблемами продления жизни, на ее публичных лекциях бывали близкие к Кремлю люди (в частности, Г. Димитров).
12 августа 1952 года тринадцать членов ЕАК были расстреляны. Эти действия стали финальным аккордом в уничтожении еврейской культуры в СССР.
22 ноября 1955 года Военная коллегия Верховного Суда СССР отменила приговор комитета из-за отсутствия в их действиях состава преступления.
Разгром Еврейского антифашистского комитета, как и «Ленинградское дело», безусловно, стал одним из символов завершающего этапа сталинского режима. Ни об аресте, ни о казни выдающихся деятелей еврейской культуры официально не сообщалось. Своего рода «контрольным выстрелом» стала публикация в СМИ о врачах – «убийцах в белых халатах», которые, по версии следствия, получали задания от «Джойнт» через С. Михоэлса с целью уничтожения советских лидеров путем неправильного лечения. Эта публикация появилась ровно через 5 лет после убийства руководителя ЕАК.
Илья Альтман, сопредседатель Центра «Холокост».