19 сентября сопредседатель Центра «Холокост», профессор РГГУ Илья Альтман выступил на презентация книги Ирины Горюновой «Михаил Глуз. Музыка жизни». Она прошла в рамках фестиваля «АРТБУК-ФЕСТ-2026» в Библиотеке иностранной литературы. В книге опубликованы воспоминания о Михаиле Семёновиче Глузе (1951–2021) — выдающемся композиторе и общественном деятеле, который тесно сотрудничал с Центром «Холокост». Заметное место в его жизни и творчестве занимала тема Холокостa.
Вот как вспоминает об этом Илья Альтман: «Эти строки мне даются с трудом. Мы встречались с Михаилом Семёновичем Глузом только в служебной обстановке: на съездах, мемориальных церемониях, конференциях. Решали какие-то организационные вопросы в его и моём кабинетах, пили исключительно чай и никогда не говорили о личном. И даже о его творчестве, неразрывно связанном с памятью о Холокосте.
Но почему же, вспоминая его, на глаза наворачиваются слёзы? А каждый печальный поход на Востряковское клaдбище неизменно приводит к замечательному памятнику композитору и первому президенту ФЕОР, на котором — ноты и текст. Здесь возникает какое-то необъяснимое чувство: он — не ушёл, он — рядом.
Впрочем, одно объяснение этому есть. Мне кажется, что именно сегодня нам, как никогда, не хватает умения отстоять и донести до властей и коллег понимания того, что память о Холокосте – это не «выделение евреев» из общего списка жертв (один из пунктов приговора по делу Еврейского антифашистского комитета (ЕАК) в 1952 г.), а напоминание об истоках и самых ужасных последствиях расовой политики нацизма. Сегодня в нашей стране, на наших глазах, при нашем молчаливом согласии, жертвы Холокоста вновь могут стать — и, подчас, уже становятся — «мирными советскими гражданами». На памятниках, в образовательных проектах, выступлениях общественных деятелей.
Смог бы этому противостоять Михаил Семёнович – мудрый, умеющий говорить с властью и лидерами еврейских организаций, готовый на компромиссы, но только не в вопросах своего творчества и совести? Не знаю. Но верю – обязательно бы попытался. И поддержал тех, кто не остается «сторонним наблюдателем».
В этом убеждает меня тот вклад, который внёс М.С. Глуз в сохранение памяти о Холокосте. И здесь он зачастую был первопроходцем темы. Уже в 1987 г. в Камерном еврейском музыкального театре он ставит (совместно с О. Левицким) спектакль «Танго жизни», посвященный истории созданного в гетто оркестра. Новаторским была игра актёров на русском и идиш. А музыка М. Глуза уже давно воспринимается как реальное танго, исполнявшееся оркестром Яновского концлагеря во Львове.
Год спустя, в легендарном спектакле «Тум-балалайка» прозвучала песня на музыку Михаила Семёновича «Уходит гетто в облака», которую он блестяще исполнял на мемориальных вечерах Центра «Холокост» в Доме Литераторов.
С проведения в 1997 г. на Донском кладбище мемориальной церемонии в память о казненных руководителях ЕАК и началось сотрудничество Научно-просветительного Центра «Холокост» с Международным Центром имени Соломона Михоэлса. Через несколько лет мы совместно провели Международную конференцию и издали книгу о деятельности этого Комитета. А в сентябре 2004 г. по инициативе Михаила Семёновича на Донском кладбище был установлен памятник выдающимся деятелям еврейской культуры.
Через 10 лет Центр имени С. Михоэлса провел мемориальное мероприятие, посвященное жертвам Холокоста в Ростове-на-Дону. За три года до этого, местные власти мемориальную табличку с упоминанием евреев заменили на другую – о мирных гражданах. Как же современно и созвучно с «Над Бабьим Яром памятника нет» прозвучало на мемориальном вечере стихотворение Евгения Евтушенко «Сторож Змиевской балки» в исполнении выдающегося поэта:
«Сколько раз их меняли по-тихому
эти самые «надпися».
Почему это в разное время
колготились, незнамо с чего,
избегаючи слова «евреи»,
и выматывали его?»
Всё, что делал Михаил Глуз и возглавляемый им Центр, было под стать его масштабной и яркой личности. Особо выделю идею выпуска первой в России почтой марки о Холокоста. На ее рисунке символически передана трагедия еврейского народа в 1933-1945 гг., а также помещены надписи: «Холокост» (на русском и английском языках) и «Никогда больше…» (на русском и иврите). Она была выпущена в мае 2000 г. тиражом 200 000 экземпляров, став (и оставаясь!) символом того, что Россия, как и весь цивилизованный мир, чтит память жертв одного из самых страшных преступлений ХХ века.
Мы разговаривали с ним по телефону последний раз около 19 часов 7 июля 2021 г.
— «Илюша, нужно встретиться. Попьем чайку?».
Утром я узнал, что Михаила Семеновича не стало.
О чем он собирался со мной говорить? Увы, об этом я уже никогда не узнаю. Но сейчас мне кажется, что диалог этот продолжается».