Хроника войны в письмах и дневниках. 17 июля 1941, 1943 и 1944 годов

Письма и дневниковые записи за другие даты

Продолжаем публикации в рамках проекта «Хроника войны в письмах и дневниках». При использовании текстов обязательна ссылка на наши сборники. Обращаем внимание, что в сборниках к публикуемым письмам даны дополнительные пояснения, сноски, комментарии и иллюстрации.

 

Березнер Лев Васильевич (1909–1941). Родился в городе Бодайбо Иркутской губернии (ныне — Иркутской области). После Гражданской войны оказался в Москве, воспитывался в детском доме. По спецнабору направлен в авиационное училище. С 1938 года — лётчик в 40-м бомбардировочном авиационном полку ВВС ЧФ. Провёл 17 месяцев в тюрьме по обвинению в «потере политической бдительности». В 1939 году освобождён, восстановлен в звании и должности.

С первых часов войны старший лейтенант, командир звена АНТ-40 Л. В. Березнер бомбил позиции немецких и румынских войск, нефтепромыслы на территории Румынии. Фотография экипажа была опубликована 30 июля 1941 года в газете «Известия» (на тот момент он совершил более 20 боевых вылетов). Самолёт Л. В. Березнера не вернулся с боевого задания 29 августа 1941 года.

Письма Льва Березнера адресованы жене, Ревекке Айзиковне Сориной (1920–2010). Летом 1941 года супруги ожидали рождения первенца. За две недели до начала войны Л. В. Березнер писал: «До 22 июня ни о каком отпуске и думать нельзя»; «Знаешь, родная, ты не спеши рожать Димку, роди его 22-го, вот было бы здорово, правда?». Отец, желавший назвать сына Дмитрием, увидел его лишь однажды, незадолго перед гибелью. Мать назвала сына Александром.

17 июля 1941 г.

Моя милая, моя любимая!
Как приятно вспоминать эти счастливые четыре часа в моей новой жизни, часы, проведённые вместе с тобой, с сыном, моей семьёй.
Роднуська, как хотелось бы продлить это счастье на всю жизнь. Но сейчас наша жизнь в опасности, мы должны ценой своей жизни
защищать свою жизнь — своё счастье.
Родная, я требую от тебя как можно меньше беспокойства обо мне и больше смотреть за собой и сыном. <…>
Хотел закончить письмо, т. к. вызвали срочно, но ещё есть две минуты, я их использую.
Девочка родная — чем больше ты плачешь, тем хуже нашему сыну.
Роднуся, чем хуже тебе, тем хуже сыну.
Мне очень хорошо, я своё дело делаю здорово. И от тебя, крошка моя родная, тоже прошу делать хорошо своё материнское дело.
Вот месяц скоро, как мы воюем, и ты изо дня в день плачешь. А если мы будем воевать год, то сын <…> и совсем похудеет. Это
плохо.
Роднуся, за меня не беспокойся. Я тебя люблю больше всего на свете. Люблю-люблю.
Ну, дай я тебя поцелую. Твой Лев.
Целуй всех: маму, папу, тётю, Юлю, Раю, Адольфа.

«Сохрани мои письма…». Вып. 6. М., 2021. С. 64, 71.

 

Е. Л. Френкель с дочерью Таней

Френкель Ефим Лазаревич (1901–1943). Родился в городе Конотопе Черниговской губернии (ныне — Сумской области, Украина). Участник Гражданской войны. Работал на авиазаводе в Москве. Перед войной был осуждён, наказание отбывал в городе Рыбинске Ярославской области.

В Красной Армии с декабря 1942 года. Воевал на Брянском и Западном фронтах. Награждён орденом Красной Звезды (1943). В октябре 1943 года старший сержант, командир пулемётного расчёта 1262-го стрелкового полка 380-й стрелковой дивизии Е. Л. Френкель пропал без вести.

Письма Е. Л. Френкеля адресованы жене, Песе Ароновне (1900–1971), и дочери Татьяне (род. 1930) в эвакуацию в Арзамас, затем в Москву.
Копии писем и фотография переданы правнуком Е. Л. Френкеля — О. М. Скапенкером (Москва).

17 июля 1943 г.

Моя родная доченька, твои письма я получаю аккуратно, но вот мамочка почему-то не пишет, и я обижен на неё за это. Спасибо, доченька, за бумагу, но, к сожалению, её плохо курить, ибо она лощёная, но, как говорят, что если нет гербовой, то пишут на простой, доченька, я просил карандашей, резинок не посылайте, они не нужны, а в каждом письме вложи по несколько ножей для безопасной бритвы, а то плохо ходить с седой небритой бородой. Здоров, чувствую себя хорошо. Жду от вас писем. Привет всем, мамочку целуй, крепко тебя целую. Твой папа Ефим.

«Сохрани мои письма…». Вып. 6. М., 2021. С. 261, 264.

 

Сорока Лев (Лейб) Григорьевич (Гершкович) (1912–1943). Родился в городе Белая Церковь Киевской губернии (ныне — Киевской области, Украина). С середины 1930-х жил в Москве. Работал на Лианозовском вагоноремонтном заводе (ныне — Лианозовский электромеханический завод), был рабкором заводской газеты.

Призван Ленинградским РВК Москвы в 1941 году Весной 1943 года был ранен. Участник битвы на Курской дуге. Гвардии старшина 12-го отдельного гвардейского батальона связи 11-й гвардейской стрелковой дивизии (Западный фронт). Погиб 18 августа 1943 года Похоронен на окраине колхоза «Победа» Петровского сельсовета Карачевского района Орловской (ныне — Брянской) области. Родные Л. Г. Сороки погибли в оккупации в Белой Церкви.

Письма Л. Г. Сороки адресованы жене — Лие Яковлевне Туровой, дочери Ольге (в письмах — Ляля) (1939 г. р.) и тёще. Они с осени 1941 года находились в эвакуации в городе Томске Новосибирской области (ныне — областной центр). Вернулись в Москву в 1944 году.
Копии писем и фотографии переданы дочерью Л. Г. Сороки — О. Л. Казаковой (Москва).

17 июля 1943 г.

Здравствуйте, дорогие Лиюня, Лялюся, мамаша и родные! Дорогая Лиюся, сегодня получил от тебя два письма. Я уже тебе писал о том, что 13 июля меня ранило небольшим осколком в мягкую ткань колена левой ноги. Нахожусь в команде легко раненных, в той части, в которой мне вынули осколок. Не знаю, где я буду и что со мной будет в дальнейшем. Бой продолжается. Немец сопротивляется. Дорогая Лиюня, что бы со мной ни случилось — не горюй. Всячески береги своё здоровье. Хорошо воспитывай Лялюсю. Желаю здоровья мамаше и всем родным. Всего доброго. Будьте здоровы. Лёва. Дорогая, Лиюня, береги себя. Число 13 — чёртова дюжина, несчастливое число.

«Сохрани мои письма…». Вып. 5. М., 2019. С. 203, 211.

 

Златогоров Михаил Львович (Гольдберг Михаил Лейбович) (1907–1968). Родился в Минске. До войны жил в Москве, работал в журналах «Смена», «Огонёк». На фронт ушёл добровольцем 3 июля 1941 года вместе со своими товарищами-журналистами. На фронте — военный корреспондент армейской газеты «За Родину!» 49-й армии. Окончил курсы командиров батальона в ноябре 1943 года. Участвовал в боях под Могилёвом и Москвой на Западном и 2-м Белорусском фронтах, участник освобождения Белоруссии и Польши. Награждён медалью «За оборону Москвы». Закончил войну в Германии в звании майора.

После войны — журналист, писатель. Одним из первых написал о защитниках Брестской крепости (его очерк был опубликован в «Огоньке» в 1952 году), помогал С. С. Смирнову в поиске героев. Также одним из первых опубликовал очерк об освобождении узниц концлагеря Равенсбрюк в сборнике «Они победили смерть» (1959) — на основе своих дневниковых записей, которые не сохранились.

Письма М. Л. Златогорова адресованы жене, Берте Исаевне Златогоровой, которая вместе с дочерью Ларисой и сыном Владимиром находилась в эвакуации в селе Чернолучье под Омском, затем вернулась в Москву.
Письма и фотография передана дочерью М. Л. Златогорова — Л. М. Златогоровой (Москва).

17 июля 1943 г.

Берточка, родная! Сегодня мой «солдатский юбилей» — два года на войне. Мысленно чокаюсь с тобой, обнимаю и крепко целую, пью за твоё здоровье. Будем надеяться, что третий год будет счастливым и для страны, и для нас с тобой. От Лозинского ответа не получил. Напишу ещё раз. Если вагон будет в июле — поезжай всё-таки. Будь здорова. Прости, что пишу коротко. Горячо целую. Миша.

«Сохрани мои письма…». Вып. 3. М., 2013. С. 217–220.

 

Супруги Канторович с сыновьями
Целиславом и Мишей. 1947 год.

Канторович (Беймель) Любовь Цалеровна (1919–2015). Родилась в деревне Ковчицы Минской губернии (ныне — Гомельской области, Республика Беларусь). С детства жила в соседнем местечке Паричи. До войны училась в техникуме связи. В 1940 году в Бобруйске вышла замуж за кадрового военного — Леонтия Хононовича Канторовича (1914–1988). Летом 1941 года эвакуировалась с годовалым сыном Целиславом в Татарскую АССР (ныне — Республика Татарстан), затем в Казахстан.

18 октября 1941 года всё еврейское население местечка Паричи — более 1700 человек — было уничтожено. Среди
них — пятнадцать родственников Любови Канторович, в том числе её братья: 11-летний Давид, 13-летний Янкель и 17-летний Хаим.

Муж Любови, младший лейтенант 79-го отдельного батальона связи 49-й стрелковой дивизии Леонтий Канторович, попал в плен на Западном фронте в июле 1941 года. Благодаря помощи сослуживцев смог выдать себя за русского — Леонида Карпова. Освобождён в Германии весной 1945 года.

Все родные Леонтия Канторовича были убиты нацистами в деревне Греск Минской области (предположительно в июле 1942 года).

После войны Любовь и Леонтий Канторовичи жили в Бобруйске. Леонтий работал заведующим складом на кондитерской фабрике «Красный пищевик», Любовь воспитывала пятерых сыновей. Через четыре года после смерти супруга эмигрировала в США, жила в Нью-Йорке.

Публикуемое письмо — ответ на запрос Любови Канторович о судьбе её родных.
Копия письма и фотография переданы внуком — А. Ц. Канторовичем (Кирьят-Моцкин, Израиль).

Письмо председателя Паричского исполкома Долгицкого Л. Ц. Канторович

17 июля 1944 г.

Т. Канторович!
Паричский м/с сообщает, что ваши родные, о которых Вы спрашиваете, погибли в м[естеч]ке Паричи 18/X [19]41 года от рук немецко-фашистских оккупантов. Дом по Октябрьской улице номер 29 сгорел 26 июня 1944 г.
Пред[седатель] м/с [подпись] (Долгицкий)

«Сохрани мои письма…». Вып. 6. М., 2021. С. 304–305.

 

Левин Александр Аронович (1921–1998). Осенью 1939 года призван в армию. Службу начал курсантом школы для подготовки младшего командного состава, расположенной под Владимиром. По окончании обучения направлен в пограничные войска, на западную границу.

4 июля 1941 года попадает в плен, где числится под фамилией Фёдоров. Узник лагеря Цайтхайн системы лагерей военнопленных Якобсталь (район Дрездена, Германия). В этом же лагере вместе с А. А. Левиным находился Степан Злобин (впоследствии — известный писатель, автор романов «Степан Разин», «Салават Юлаев»), руководитель антифашистской группы лагеря.

23 апреля 1945 года А. А. Левин был освобожден из плена, восстановлен в звании сержанта артиллерии, но исключён из партии. Участвовал в освобождении Праги. После демобилизации вернулся в Москву.

 

 

Левина Анна Ароновна (1912–1996). Сестра Александра Левина. Работала главным концертмейстером Театра оперетты в Москве, в годы войны выезжала на фронт в составе агитбригад.

Публикуемое письмо — часть семейной переписки, переданной Центру «Холокост» А. А. Левиным (Москва).

 

Письмо Анны Левиной другу юности Я. Г. Либерману на фронт

17 июля 1944 г.

Милый Яшенька!
Я, конечно, свинья, и в полной мере сознаю это обстоятельство, но ты, милый друг, не сердись, я постараюсь компенсировать тебе длинным письмом за долгое молчание. Бригада наша приехала с фронта, но К. М. Новикова так толком и не ответила мне ни на один вопрос (а вопросов было не меньше, чем в твоем письме ко мне). То, что, она мне рассказала, я знаю и без неё. Что ты красивый, культурный, милый, воспитанный и т. п., кажется, разведчик (!?). Так что ждала я её напрасно. Теперь буду ждать твоего приезда, надеюсь, узнаю всё более точно. Ну а пока ты приедешь, я думаю, что успею получить от тебя несколько писем и ответить тебе на них.

Поистине, ты мне задал столько вопросов, что я не знаю, на какой раньше тебе отвечать. Начну по порядку. Какая я теперь? Ну, конечно, лет на 12-15 старше. Седоватая, несколько излишне усатая, не всегда элегантно одетая (вследствие наличия в Сибири базаров), средних лет, в очках, дама. Как я выгляжу? Как и тогда — а в общем, из предыдущего это ясно. Как сложилась личная жизнь? Этого я, пожалуй, описать не смогу, <…> с какой точки зрения оценивать? Тем более, что у меня много точек зрения; каждый день — другая. Но чтоб хоть сколько-нибудь удовлетворить твоё любопытство — могу сказать — ну, замужем (давно, в апреле [19]44 г. стукнуло 10 лет). Ну — честная жена. (Хотя, как говорят, даже лучшие из мужей этого не стоят, — как ты думаешь?)

Жизнью на Калужской я обязана лучшему из мужей. Перед войной он получил квартиру, где мы с ним и живём. Родители живут в Армянском. С Марьиной рощей все связи прерваны и давно. Так что о Леночке я узнавала от тётки Сони — может, ты её помнишь, —самая красивая из старых дев в мире. Леночка работает в сберкассе. Погуливает, как и прежде, только разрядом ниже <…>. Вот и всё, хорошего мало. Часто вижусь с Марой Гореловой. Ты её помнишь? Илюша, её муж, давно погиб. Людмила тебя прекрасно помнит, собирается тебе написать, и мы вместе собираемся написать Бобе Рыжик коллективное письмо. Но я не помню, Рыжик — это наше прозвище или честно принадлежащая ему фамилия? Будь любезен, напиши нам полностью наименование, может, мы успеем до конца войны ему написать письмецо.

Нюся Гофман в Москве, но я с ним не встречаюсь, как-то нет общих точек соприкосновения. Сегодня мне исполнилось (по старому стилю) 32 года (так как на этом я собираюсь остановиться, то правду говорю в последний раз). Я получила невероятный подарок от Красной Армии — 60 тысяч пленных немцев во главе с 22 генералами были показаны москвичам. Я была занята, (и вообще считаю, что их надо убивать, смотреть на них нечего), тем не менее, считаю себя счастливой, что я дожила <…>.

«Сохрани мои письма…». Вып. 1. М., 2007. С. 267–269.